someonewithoutsoul
Когда Тера садилась в автомобиль, мне удалось получше ее рассмотреть. Высокая, гибкая, тонкая, точно клинок. Сильные руки, длинные пальцы, которые можно было бы назвать красивыми, если бы не шрамы и рубцы, покрывавшие кисти. Цепкий взгляд янтарных глаз непрерывно шарил вокруг — не потому что она боялась или нервничала. Дело не в избытке эмоций. Просто она хладнокровно изучала местность. Да, выдержки этой дамочке не занимать — спокойна, как айсберг, а ведь кровоподтек на лбу, куда пришелся удар разрушающего жезла, должно быть, чертовски болит. Сколько прошло? Ночь… нет, две. Одну-то я провалялся в гостинице.

Мы лежали рядом, слушая, как постепенно стихает перестук сердец. Потом она поднялась:
— Не уверена, хочу ли я любить тебя, Гарри, и не уверена, смогу ли без этого жить.
Я открыл глаза.
— Никогда. Слышишь? Никогда я не желал тебе плохого. Просто я не всегда знаю, что хорошо.
— Зато мне известно, как сделать, чтобы стало хорошо, — с поцелуем ответила Сьюзен. Потом накрыла мой лоб ладонью и с состраданием заглянула в лицо. — Ты видишь слишком много зла. Не забывай, на свете случаются и приятные моменты.

Как не хочется никуда тащиться. Остаться бы. Здесь тепло, чисто. Здесь никто не умирает. Здесь нет крови, не слышно рычания. И, что характерно, никто не лезет из кожи вон, чтобы меня прикончить.


Могила в подарок:

– Ради одной души. Ради той, которую я люблю. Ради даже одной жизни, – я послал энергию в жезл, и конец его засиял ярким белым светом. – На мой взгляд, это единственное, ради чего можно идти на войну.

– На что это похоже – быть чародеем? – спросила она.
Я пожал плечами.
– По большей части это все равно, что чинить ремешки от часов. Чертовски трудно, и спроса никакого. А в остальное время…
Во мне снова начинали клубиться эмоции, угрожавшие выйти из-под контроля. Мерил терпеливо ждала.
– А в остальное время, – продолжал я, – это страшно как черт-те что. Ты начинаешь видеть всяких тварей в темноте, и только теперь до тебя доходит, что слова «неведение – благо» – не просто пустой звук. И еще, это… – я сжал кулаки, – это так, черт возьми, досадно… Ты видишь, как страдают люди. Невинные. Друзья. Я пытаюсь вмешаться, но чаще всего не понимаю, что, черт подери, происходит, пока кто-то уже не погиб. И что бы я ни делал – мне не удается помочь этим несчастным.

@темы: цитаты